Артемий Троицкий: "Нормальных людей гораздо больше чем уродов"

Так сложилось, что без музыковеда и журналиста Артемия Троицкого Российский культурный ландшафт как-то уже не воспринимается вовсе. Будто он присутствовал всегда, со своим железобетонным мнением и резковатыми манерами. Меж тем, страна узнала Троицкого где-то на рубеже перестроечных 80-х, когда на поверхность вынырнули классические группы тех лет: Кино, Аквариум и Д.Д.Т. И как всякому явлению, русскому року требовался свой летописец, человек, который описывает происходящее и одновременно создаёт информационный повод. Троицкий как нельзя лучше справился со своей задачей и его книга«ack in the USSR» стала настольной библией для всех желающих погрузиться в мир русскоязычной, актуальной музыки той поры.

Будучи всегда в фарватере новостей и текущих тенденций, Троицкий прочно закрепил за собой право на «монополию актуальности». Далеко не всё, что говорит и утверждает Артемий может быть принято вами. Но бесспорно то, что этот человек воспитал целую генерацию свободно мыслящих людей, сделавших музыку важнейшей частью своей жизни. За что ему большая благодарность и, как говориться, respect.

Нынешнее время ознаменовалось для Артемия Троицкого весьма неприятными событиями, связанными с рекордным количеством гражданских и уголовных исков возбуждённых против него. Целых четыре! Уклончивость никогда не была добродетелью музыкального критика. Неосторожная фраза о «дрессированном пуделе Суркова» в адрес Вадима Самойлова и номинация «Дорогу колеснице», ушедшая к одному из милицейских чинов, сработали как две глубинные бомбы. Они разорвались, обнажив ещё одну проблему нашего общества: отсутствие реальной свободы слова.

Роман Матыцин-Артемий, как известно, вы сейчас переживаете не самое лёгкое время: на вас поданы четыре иска. И это, конечно, далеко не шутка. Скажите, что происходит на судебном фронте и виден ли свет в конце тоннеля?

Артемий Троицкий-Во первых, исков у меня уже пять. Есть ещё одно гражданское дело, не уголовное и мы будем разбираться с ним. Насчёт хода дела: не могу сказать, что это меня как-то сильно напрягает. Адвокаты у меня хорошие, ходят по судам исправно. Но и с другой стороны, сказать, что меня это как-то радует или развлекает, тоже не могу. Конечно, всем понятна абсолютная абсурдность происходящего: привлекать человека к уголовной ответственности за фразу: «Дрессированный пудель при Суркове». Меня это тоже удивляет, хотя понятно, что делается это неспроста.

Но, в конце концов, сказать, что всё происходящее как-то изменило мою жизнь тоже не могу. Я продолжаю заниматься тем, чем и занимался раньше. Передачи провожу и прекрасно себя чувствую.

Р.М.-Абсурдность ситуации ясна, наверняка, всем. Но, всё - таки, на ваш взгляд, какие цели преследуются с помощью этого громкого, практически показательного процесса?

А.Т.-Цель, на мой взгляд, преследуется следующая: продемонстрировать публичным людям, в первую очередь журналистам, что не следует показывать свою гражданскую позицию, если эта гражданская позиция имеет критический оттенок. Я считаю, что это, вообще, плохие новости для всей нашей страны. Есть авторитарные страны, где отменяются выборы губернаторов и существует партия власти, имеющая монополию практически на всё. С демократией это имеет мало общего, но жить можно, если не сильно высказываться по поводу политики. Это то, что представляет собой наша страна сейчас.

Далее, есть тоталитарные страны, где контролируется не только политика, но и все стороны жизни человека, в частности жизнь культурная, художественная и гуманитарная. Как это было в Советском Союзе, где была цензура, главлиты и всякие творческие союзы. Это довольно удушающая обстановка, где на различные проявления культурной жизни накладывается полный запрет. Я считаю, что наша страна прямиком идёт в эту сторону и пока не поздно, этот процесс нужно остановить. Чтобы он не зашёл слишком далеко. Я думаю, никому из нормальных людей в этой стране не хотелось бы оказаться в Северной Корее. Об этом стоит задуматься.

Р.М.-Но, с другой стороны, судя по постам в интернете, соц. сетям и так далее, существует достаточное количество людей, которые считают, что вы всё-таки оскорбили представителя милицейской власти и музыканта из ансамбля Агата Кристи. Перегнули, так сказать, палку. Как вы думаете, не означает ли это, что у нас появилась целая генерация людей, которые одобряют любое движение власти?

А.Т.-Я, считаю, что любой нормальный человек, у которого есть хоть одна извилина, должен осознавать что, за название номинации «Дорогу колеснице» или «дрессированного пуделя» уголовные дела не шьют. Каждый человек имеет право на свою оценку происходящего, каждый человек имеет право на критическое отношение к тому или иному событию. Проблема может возникнуть, если допускается нецензурная брань, но в моём случае этого не было. Непонятно, какими мозгами нужно обладать, чтобы соглашаться с этими обвинениями. Вполне возможно, недовольными оказались фанаты «Агаты Кристи» или другие сочувствующие граждане. В любом случае, я вижу, в основном поддержку в мою сторону. А насчёт генераций согласных или несогласных, это вам к социологам нужно обратиться

Р.М.-А вам не кажется, что всё это было каким-либо образом спланировано и вас давно уже выбрали мишенью? Просто ждали ваших высказываний, даже безобидных.

А.Т.-Я, ей богу, не могу ничего сказать об этом. Является ли всё это плодом закулисных интриг или вышло в режиме импровизации мне неизвестно. Но, определённо могу сказать, что многое у них пошло уже не так, как хотелось. В частности на Санкт-Петербургском экономическом форуме, где мне довелось выступать, я общался со многими высокопоставленными гражданами, которые сами высказались, что этот наезд на меня был большой ошибкой. Что выбрали не того человека и сам повод был весьма и весьма анекдотическим. С другой стороны, мне очень жаль потерянного времени. Хотя есть и положительные эмоции, связанные с тем, как меня поддерживают. Нормальных людей, я считаю, гораздо больше чем уродов.

Р.М.-Мне бы хотелось, всё-таки отойти от этой скользкой и не очень приятной темы в сторону музыки. Вопрос таков: Вадим Самойлов всё-таки считается музыкантом перестроечной волны, которая, прежде всего, ассоциируется с неким бунтарством и переменами. Сейчас рок-музыканты той поры стали этакими буржуа, обзавелись связями в коридорах власти. Не говорит ли это о том, что русский рок давно уже стал частью нашего унылого шоу-бизнеса?

А.Т.-Русский рок весьма неоднороден. В этой музыке есть то, что вызывает у меня положительные эмоции. Скажем, Юра Шевчук и ДДТ. Из более среднего поколения я уважаю Мумий Тролль. Конечно, никто не спорит, что в русском роке есть масса протухших шлаков, но это не означает, что весь этот субжанр настолько плох.

Р.М.- А как вам видится современный Российский музыкальный ландшафт?

А.Т.-Музыка в нашей стране очень разная. Есть телевизионная корпоративная музыка: Киркоровская, «фабричная» и так далее. Это один полюс. Есть прямо противоположный полюс: всё то, что находится в интернете. Это целый пласт музыки, молодой и не очень, но вся она интересная, актуальная, свежая и представляет большой интерес для прогрессивно мыслящего человека. И я бы её, ни в коем случае, не относил к какому-либо шоу-бизнесу. Посередине есть музыка, которая является не совсем корпоративно-телевизионной, но имеет большой вес: это те же Агата Кристи, Чайф, Земфира. В свою очередь, нашу поп-музыку слушают уж совсем лоботомированная публика. Есть аудитория и у гавнарока из девяностых. И у шансона большой срез публики. Ничего страшного я в этом не вижу. Более динамичные и молодые слушают то, что есть в интернете:Мотораму и тому подобное. В любом случае, на нашу музыку я смотрю очень диференцировано, среди кучи всякой халтуры и тухлятины есть много чего хорошего.

Р.М.-Кстати, Motorama - группа из южной провинции. И в связи с этим у меня есть такой вопрос: раньше Москва была своеобразным культурным магнитом и все группы и исполнители из регионов стремились туда, чтобы непременно выступить и засветиться. Сейчас наблюдается другая тенденция: многие коллективы вовсе не считают Москву обязательным местом своих выступлений, отдавая предпочтение, скажем, своим соседям или Европе. Как вы оцениваете подобную тенденцию обретения регионами своей культурной самобытности?

А.Т.–Во первых, это абсолютно логичная тенденция. Москва была магнитом, потому что предоставляла большое количество медийных возможностей. Как не крути, руководство радиостанций, телевидение и музыкальные журналы-всё это находится в Москве. Поскольку, с развитием интернета всё это очень сильно девальвировалось, то и такая острая необходимость светиться в этих ресурсах практически отпала. Насколько я знаю, современные люди вообще не воспринимают традиционный СМИ как источник музыкальной информации. Исключение составляет лишь альтернативный канал «A1».

Поэтому, Москва, с точки зрения информационного повода, уже не представляет такого интереса. Москва интересна с точки зрения коммерции. Здесь много клубов, где можно выступать, есть какая-то тусовка, которая привлекает многих. Но, на мой взгляд, это уже не является чем-то жизненно важным, без чего нельзя обойтись музыканту.

По-моему, культурная независимость регионов, это очень хорошо, это то, что сделает нашу сцену гораздо более нормальной. Это приостанавливает процесс высасывания Москвой культурных соков из провинции. Чем более самобытными и самостоятельными будут наши локальные сцены: Южная, Сибирская, Дальневосточная, тем будет лучше. И тогда, граждане из Москвы сами будут вынуждены выискивать коллективы в интернете, чтобы привлечь на Московскую сцену.

Р.М.-Мы-южные люди, и поэтому я не могу удержаться от вопроса, как вы оцениваете нашу сцену, Краснодарскую или, скажем, Ростовскую?

А.Т.-Я с ней знаком довольно плохо, в первую очередь, потому что редко бываю на юге России. У меня как-то лучше складывались отношения с Волгой или с севером. Я не особенно стремлюсь на юг, в частности, потому что мне не очень нравятся помойные места, вроде города Сочи.Так что, на юга меня заносит крайне редко.

На рубеже восьмидесятых-девяностых я знал группы Пекин Роу Роу и Т.Н.Н. из Ростова, а из Краснодара мне были знакомы Доктор Крупов. Так что, из того времени мне был хоть кто-то знаком. Из современного мне известны Motorama/Утро, ну и, разумеется, из лагеря хип-хопа я знаю Касту, к которой очень неплохо отношусь. Каста - редкая хип-хоп группа, которая стремится к какому-то прогрессу и расширению границ своего творчества.

Р.М.–Тем не менее, в этих южных городах есть своя аутентичная и очень неплохая сцена, которая заслуживает пристального внимания. Группа The Zverstvo, к примеру. Если пригласим, приедете?

А.Т.-Пожалуйста, если речь идёт о свежевыжатой музыке, а не об очередных пивных фестивалях, то приглашайте - приеду.